Павел быков, петр кирьян. Бразилия готова защищать свои экономические завоевания. Программа мвф может ей в этом помешать.

Совсем недавно казалось, что бразилия вот-вот пополнит печальный список охваченных глобальным финансовым кризисом стран. Капитал утекал со скоростью миллиард долларов в день, а золотовалютные запасы с середины августа сократились с 74 до 49 млрд долларов.

Первый шаг от пропасти бразилия сделала в октябре -- на второй срок был переизбран действующий президент фернандо энрике кардозо. Избиратели пошли по пути наименьшего сопротивления и отдали голоса человеку, который стал символом удавшихся экономических реформ. Однако программа по предотвращению кризиса, которую сейчас рассматривает президент кардозо, может стоить ему имиджа успешного реформатора, а для мира обернется новой волной финансовых потрясений.

Единодушный средний класс.

Избирательная активность бразильцев произвела сильное впечатление на иностранных наблюдателей. Голосовали 83 млн человек из 106 млн обладающих этим правом. Бразильцы неожиданно проявили завидную дисциплинированность, которую никак нельзя отнести к традиционным чертам латиноамериканского характера. Участвовавшие в выборах были на редкость единодушны -- за кардозо проголосовали 53%, в результате чего он и выиграл. Второго тура не потребовалось.

Бразильцы, известные своей переменчивостью, поддержали кардозо вовсе не за красивые глаза. В своих реформах он сделал ставку на формирование в стране многочисленного среднего класса.

Существует популярная точка зрения, что низкий уровень доходов населения позволяет стране, используя сравнительную конкурентоспособность, с выгодой для себя участвовать в международном разделении труда. Однако на практике все оказывается совсем не так просто. Бедное население не позволяет развиваться местной промышленности, ориентированной на массовый внутренний спрос. Низкий уровень жизни и как следствие плохое образование и отсутствие квалифицированных рабочих автоматически приводят к росту преступности, коррупции и хроническому расслоению общества на очень бедных и очень богатых.

Кардозо, социолог по образованию, прекрасно понимал, что бедность населения -- не конкурентное преимущество, а гиря на ногах национальной экономики. Его знаменитый "план реал" в отличие от предыдущих планов экономического спасения не строился на конфискационных мероприятиях, а, наоборот, поддерживал формирующийся класс людей со средними доходами (подробнее о реформах в бразилии см. "Эксперт" n27-28). В результате реформ с середины 1994 года размер минимальной заработной платы увеличился с 65 до 120 реалов (один реал примерно равен доллару), средняя же зарплата поднялась со 116 до 252 реалов. Продовольственная корзина подорожала за это же время лишь на 4,4%, а значит, положение беднейших слоев населения заметно улучшилось.

Поэтому для многих бразильцев вопрос на выборах стоял так: удастся ли после выборов сохранить недавно обретенный достойный уровень жизни, который всего лишь несколько лет назад считался недостижимым. Отсюда и "неожиданно" легкая победа кардозо -- его расчет на формирование в процессе реформ среднего класса, стремящегося к предсказуемости, блестяще оправдался.

Не внутреннее дело.

Не меньше бразильцев в сохранении стабильности заинтересованы иностранные инвесторы, политические и экономические партнеры страны. Смена власти в период, когда на всю латинскую америку обрушился финансовый ураган, могла разрушить еще весьма хрупкую бразильскую экономику, которая едва начала оправляться от череды долговых кризисов и гиперинфляции. Это неизбежно вызвало бы тяжелый кризис по всей латинской америке, куда идет до трети экспорта из сша.

По иронии судьбы, итоги выборов в бразилии в значительной мере должны были повлиять и на судьбу соединенных штатов. Экономическая зависимость сша от латиноамериканского региона, где не последнюю роль играет бразилия (ее экономика девятая по размеру в мире), сослужила им плохую службу, вызвав ослабление доллара и падение курса акций американских компаний в результате ухудшений в экономике региона. В первую очередь пострадали американские банки, чьи инвестиции в бразилии составляют 39 млрд долларов, а во всей латинской америке -- около 70 млрд долларов.

Зарплата болтами.

Долгие годы словосочетание "экономический кризис" для бразильцев означало растущие до небес цены. Но только не в этот раз. Цены в бразилии падали на протяжении всего третьего квартала и продолжают снижаться, особенно на электронику и автомобили.

Бразильцы наслышаны о том, что экономика на пороге кризиса, многие боятся потерять работу и неохотно тратят деньги. Сложности с получением кредитов, вызванные высокой процентной ставкой в 50% годовых, и растущая безработица заставляют их сокращать расходы и искренне радоваться дешевеющим товарам. Однако экономисты совсем не разделяют радости простых бразильцев, считая, что дефляция -- это прямая дорога к спаду.

Проблемы с реализацией готовой продукции привели к тому, что на многих предприятиях бразилии собираются ввести до боли знакомую большинству россиян систему выдачи зарплаты произведенными товарами: молотками, гвоздями, болтами и т. П. Профсоюзы призывают рабочих категорически отказываться от этой схемы и требовать оплаты деньгами. Однако кое-где (в основном на фабриках, производящих одежду, обувь и продукты питания) это нововведение встречают пусть и не с энтузиазмом, но и не в штыки. В любом случае сам факт появления таких идей, подрывающих основы нормальной экономики, весьма показателен и говорит о том, что шансов на выход из кризиса в обозримом будущем немного.

Отравленная пилюля.

Казалось бы, явные симптомы поразившей бразильскую экономику болезни должны побудить власти к созданию адекватной программы ее лечения, скажем, к разработке плана стимулирования внутреннего спроса. Однако представленная президенту на прошлой неделе министерством финансов программа реформ выдержана в лучших традициях мвф и предусматривает сокращение расходов бюджета и повышение налогов. Согласно программе в 1999 году должен быть достигнут первичный (до выплат по госдолгу) профицит бюджета в размере 2,6% ввп. Судя по всему, программа пользуется благосклонностью мвф -- сразу после ее представления было распространено сообщение о том, что международный валютный фонд и бразилия очень близки к подписанию соглашения о предоставлении этой стране пакета помощи в 30 млрд долларов.

Предприниматели относятся к этим планам оздоровления экономики весьма неодобрительно. Они ожидают сокращения спроса и ужесточения кредитного климата, и так уже оцениваемого ими как предельно жесткий. "Ходит много разговоров об увеличении налогов, что означает сокращение количества свободных денег на рынке и недоступность кредитов, -- говорит президент ассоциации малой промышленности штата сан-пауло джозеф кари. -- Это самая короткая дорога к глубокой рецессии и исчезновению огромного количества небольших заводов и фабрик".

Последний шанс.

Вполне естественно, что главной целью рассматриваемой программы называется восстановление доверия иностранных инвесторов. Возврат капитала в бразилию должен снять вопрос о девальвации реала, а значит, позволит сохранить высокий уровень жизни населения и кредитоспособность национальной банковской системы.

Однако восстановление притока капитала в нынешних условиях достаточно сомнительно. Когда в сша крупнейшие инвестиционные фонды находятся на грани банкротства, найдется немного желающих вкладывать деньги в охваченную дефляцией бразилию.

Куда более перспективным представляется путь, избранный китаем, где в условиях жесткого валютного контроля проводятся меры по стимулированию внутреннего спроса и развитию инфраструктуры. То есть поддерживается реальная экономика, а не спекулятивный финансовый сектор.

Впрочем, предложенная программа логично соотносится с планами развитых стран и международных финансовых организаций, рассматривающих бразилию как последнюю возможность реанимировать ранее функционировавшую систему межнационального движения капитала. Если удастся восстановить доверие к бразилии, то скорее всего устоит вся латинская америка, и со временем можно будет говорить о возрождении других развивающихся рынков (в первую очередь россии и юго-восточной азии). В противном случае кризис неизбежно перекинется на сша, более всех остальных стран зависящих от международного рынка капитала (см. "Эксперт" nn22, 37), и примет глобальный характер.