В угольной отрасли должно остаться только рентабельное производство.

Яков уринсон (министр экономики рф).

Начав реструктуризацию, правительство плохо проработало вопрос социальной реабилитации шахтеров. Это наша самая серьезная ошибка

блокады железных дорог в шахтерских регионах поставили перед исполнительной властью немало вопросов. Датированная 1993 годом программа реструктуризации угольной отрасли, как видно, не дает желаемых результатов. Однако необходимые сегодня коррективы связаны не только с ошибками правительства. К примеру, была в воркуте хорошая шахта "центральная", угля там много, на нее рассчитывали. Но после происшедшего там взрыва эту шахту придется консервировать. Соответственно, программа для воркуты уже меняется.

Что же касается ошибок, то, на мой взгляд, самая серьезная -- это плохая проработка вопроса социальной реабилитации высвобождаемых шахтеров. Занимаясь инженерно-техническими и экономическими аспектами реструктуризации, мы не уделили этой проблеме должного внимания. Теория ведь была такая: шахты закрываем, высвобождаются люди, мы даем деньги местной власти, которая людей переселяет, переобучает и т. Д. Однако зачастую половина этих денег уходит на иные цели. И когда предназначенные на социальную реабилитацию шахтеров средства тратятся, скажем, на зарплату учителям и врачам, это еще хорошо. Хуже, когда на них приобретаются автомобили для какого-то акционерного общества. И все эти факты известны, на межведомственной комиссии я их сам оглашал, сейчас по ним работает прокуратура.

Вторая ошибка -- вместо того, чтобы дать эти деньги людям, которые бы потом сами добывали себе средства к существованию, мы пытались делать этакие централизованные программы. Сейчас мы решили активно развивать программу создания рабочих мест на местах. К примеру, в том же кузбассе строятся фабрики, которые будут шить одежду, делать посуду. Можно строить маленькие автостанции или еще что-то подобное. А можно просто перечислить человеку деньги на заблокированный счет. И пусть уж он сам решает, как лучше их использовать -- купить себе трактор или молочный сепаратор или же заплатить институту за обучение. Сейчас нам известно уже больше механизмов этой социальной реабилитации.

В начале 90-х годов о социальных аспектах закрытия шахт и заговорить было трудно. Основной тезис был один -- закрывать шахты никак нельзя. А вот на недавнем съезде угольщиков выступлений такого рода уже не было. Люди говорят о том, что, во- первых, закрывать надо разумно, во-вторых, если закрываешь, заботься о людях, которые высвобождаются, в-третьих, если неэффективная шахта является единственным кормильцем города, то все социальные проблемы этого населенного пункта надо учитывать и прорабатывать по возможности досконально. И, конечно, закрывая явно убыточные угольные предприятия, надо развивать действующие и строить новые высокорентабельные шахты и разрезы.

Еще один вопрос -- судьба бюджетных средств, направленных через "росуголь" на капитальные вложения в отрасль, причем направленных вне конкурса, да еще и на безвозвратной основе. Относительно этой проблемы я всегда привожу один и тот же пример -- угольный порт в усть-луге, который начали строить за счет угольной дотации. На мой взгляд, эти средства можно было потратить на более актуальные цели. Теперь деньги на подобный проект можно будет получить только по конкурсу, лишь после того, как будут выделены средства господдержки на реструктуризацию действующих предприятий и социальную реабилитацию высвобождаемых работников.

С учетом того, что цена газа и нефти вряд ли будет снижаться, привлекательность угля будет расти. В конце концов запасов угля у нас в стране намного больше, чем нефти. Поэтому решение по каждому региону должно приниматься с учетом конкурентоспособности энергоносителей в данной местности. Единый подход здесь не совсем уместен, и мы это уже проходили. Вспомните хотя бы перестройку топливно-энергетического баланса страны в начале 60-х. Тогда было решено резко снизить долю угля за счет нефти и газа, причем конкурентоспособность этих отраслей тогда в расчет не принималась. И в русле этой концепции мы действовали больше двадцати лет. Очевидно, что угольная отрасль требует более кропотливого подхода.

В том, что главная идея программы реструктуризации верна, я абсолютно уверен -- мы должны развивать только рентабельное угольное производство. Когда во всей угольной промышленности останутся только те точки, где добыча угля наиболее эффективна, эта отрасль станет рентабельной частью энергетического комплекса страны.