Не было ни гроша - да вдруг алтын. Семь лет назад в латвии

появились новые домовладельцы.

Закон о денационализации жилых домов, принятый саэймом страны в 1991 году, стал одним из самых первых актов восстановившей независимость латвийской республики.

Злые языки говорили, что его лоббировали депутаты-домовладельцы. Теперь, семь лет спустя, более правдоподобным кажется следующее объяснение: передав жилой фонд в частные руки, государство во многом облегчило себе жизнь. Ведь штрафовать хозяина за облупленный фасад дома легче и дешевле, чем красить и ремонтировать. Как бы то ни было, решение оказалось мудрым, что уверенно доказал последующий ход событий.

Тогда же закон вызвал в обществе настоящий шок. Легко ли было вчера еще советскому человеку осознать, что его кровные квадратные метры жилплощади, полученной после многолетнего стояния в очереди, принадлежат не абстрактному государству, а конкретному человеку? часто - соседу по лестничной клетке, иногда - совершенно постороннему, порой - гражданину австралии или америки, покинувшему родину 50 лет назад, или его наследникам.

Закон о денационализации жилых домов, предусматривающий возвращение владельцам или их наследникам отнятых когда-то зданий, сразу же создал широкий слой собственников. Ведь до 1940 года более 80 проц. Жилого фонда столицы находилось в частных руках. Получилось как в сказке: лег спать нищим - проснулся обладателем сокровищ. Подобную метаморфозу пережили не менее 20 тыс. Жителей риги. А 170 тыс. Горожан - почти каждый пятый человек, проживающий в столице латвии, - оказались один на один с домовладельцами. Проблемы сразу возникли и у тех, и у других.

Хозяева были недовольны тем, что реституция шла слишком медленно. От претендентов на домовладение требовалось множество справок, подтверждающих факт владения собственностью на 1940 год, факт денационализации, а также, если речь шла о наследстве, документы о родстве с владельцем. Такие бумаги сохранились у немногих: кто мог предположить, что они понадобятся? началось массовое паломничество в архив. Очереди за справками растягивались на несколько лет.

Ну а жильцов больше всего беспокоило одно из положений закона: только семь лет после вступления в права собственности их не имели права выселить на улицу без предоставления равноценной жилой площади. Все спрашивали: а что будет потом? депутаты от ответа уклонялись.

Те из домовладельцев, кто вернулся во владение дома в центральной части риги, быстро стали людьми если не богатыми, то весьма состоятельными. Они начали сдавать первые этажи в аренду под магазины и офисы по цене 15-30 долл. За квадратный метр. На вырученные деньги легкомысленные хозяева покупали шикарные автомобили, дальновидные - красили фасады и занимались переселением неплатежеспособных жильцов в панельные кварталы окраин. В освободившихся квартирах делали евроремонт, а затем предлагали обновленное жилье на продажу по цене от 300 долл. За метр.

Интересно, что случаи продажи населенного жильцами дома целиком крайне редки - не более 10 за весь период. Сначала предложение превышало спрос: все домовладельцы жаждали быстро получить большие деньги на блюдечке с голубой каемочкой. Мизерность предложенной покупателями суммы расхолаживала, и хозяева начинали осваивать нелегкую науку управления собственностью. Из-за границы вернулись наследники многих латышей, покинувших латвию до и после второй мировой. Около трети латышского народа до сих пор живет в эмиграции, и закон о денационализации отчасти способствовал их возвращению - было хотя бы где поселиться. По закону одну квартиру в доме владелец мог выбрать для себя. Жильца в таких случаях обеспечивало жильем государство.

Так, в ригу вернулись потомки крупнейших домовладельцев, издателей газет и книг беньяминов, которым принадлежит не менее пяти роскошных зданий в риге. Наследники разных поколений создали ассоциацию и стали заметной силой в латвийском бизнесе. Вокруг юрмальских владений беньяминов чуть не разгорелся российско- латвийский скандал: в них располагалась резиденция российского посла, недавно отремонтированная и выкупленная у латвии до того, как один из беньяминов заявил о своих правах на эту виллу в майори. Судебное разбирательство длилось несколько лет, в итоге адрес посла не изменился, а латвийское государство выплатило собственнику миллион долларов компенсации.

Тот же беньямин изгнал союз писателей из его долголетней обители - особняка в центре риги. Сейчас там идет ремонт и, говорят, будет дорогое кафе.

В домовладениях берга, занимающих целый квартал неподалеку от железнодорожного вокзала, наследники открыли торговый комплекс, множество кафе, киосков, залы игровых автоматов. Постепенно приводят в порядок окружающую территорию. Кое-где уже начали по славному немецкому обычаю мыть по утрам тротуары. Ну а домовладельцы, чья собственность располагается вдали от центра, взирают на этих счастливцев с завистью, как и полвека назад. Привести полуразрушенные домишки в порядок на трудовые доходы невозможно, банки дают ссуды только под дома в центре, а инвесторов на руины не находится. Не исключено, что те, кто не сможет оплатить ремонт, окажутся перед необходимостью продать владение городу. Для решения проблем и обмена опытом домохозяева объединяются в различные общества, поскольку часто на их вопросы ответить не может никто в стране: законодательная база весьма размыта и позволяет двоякое толкование. Председатель общества домовладельцев риги андрис пилверс считает, что домовладение - единственная отрасль экономики страны, в которой до сих пор господствует социализм, поскольку иные из собственников несут только убытки.

По подсчетам домовладельцев, для поддержания дома в нормальном состоянии, покрытия расходов на его эксплуатацию, страховку и уплату земельного налога нужно, чтобы жильцы платили в 3,5 раза больше, чем установленный рижской думой потолок квартплаты в 0,25 долл. За квадратный метр. Выкручиваются по- разному. Одни устанавливают в домах автономные системы более дешевого, чем централизованное, отопления, другие утепляют чердаки и подвалы, чтобы предотвратить утечку дорогого тепла.

Отношения между жильцами и хозяевами в условиях не совсем четкого законодательства регулируются контрактом. Бессрочный советский договор дает право на заключение такого же с хозяином. Однако тот, как правило, предлагает более жесткие условия, более высокую арендную плату. Некоторые жильцы сопротивляются, подают в суд, посылают хозяевам по почте ровно ту сумму, каковую считают нужной. Однако большинство за эти семь лет научились договариваться и находить взаимоприемлемые решения.

Как бы то ни было, указанный в законе о денационализации семилетний срок, в течение которого владелец не имеет права выселить жильца без предоставления другой площади, похоже, оказался разумным решением. За это время люди привыкли воспринимать факт проживания в хозяйских квартирах как должное. А хозяева осознали, что жильцы не неизбежное зло, а источник доходов.

Прокопий косовский, стас черкашин, ксения загоровская.