Если мы снова "не изыщем средства" на ремонт плотины,

город может накрыть волна прорыва.

Говорят, после обследования состояния опор моста плотины специалисты кафедры юургу наотрез отказались отправляться туда вторично. Видимо, есть причина. Надо полагать, с данными их докладной записки ознакомлены административные мужи. Но тревогу никто не забил. Авось?..

Я нахожусь в неярко освещенных производственных помещениях шершневской плотины. Снаружи и не поверишь, что невысокое здание над ней, привычное для взора горожан, лишь "верхушка" подземных бетонных пространств, начиненных и простыми и сложными одновременно механизмами этого гидроорганизма.

По узкой металлической лестнице еще вниз - на этаж подводного уровня. В просторном зале четыре площадки для мощных насосов на аварийный случай, не буду уточнять, какой.

Здесь на многометровую бетонную толщу стены снаружи давит гигантская масса воды - 170 миллионов кубометров, приблизительно в столько же миллионов тонн. Страшная сила. Сейчас она еще "зубастее", если так можно сказать про воду - ее пропускают вниз, на город всего по 4 кубометра в секунду. А ей надо на волю, этой грязно-зеленой июльской воде. И она давит, давит...

Чудовищные нагрузки испытывают конструкции плотины. Стоит же она над миллионным городом, и обратившись к нему лицом с технологического мостика над затворами, я уже в километре вижу многоэтажки северо-запада. Отсюда их, рванув со скоростью курьерского поезда, волна прорыва достигнет в считанные минуты...

Не знаю, предвидели ли проектировщики шершневского гидроузла в 50-е годы такой выход жилищного клина города в лоб с плотиной, но когда ее запустили в 1969 году, первые дома в северо-западном направлении уже осваивали загородные картофельные поля. Последние массивы улицы братьев кашириных встали как раз под плотиной. На имеющихся в штабах го и мчс картах "проигрывания катастрофических ситуаций" отмечено, что именно две трети северо-западного района оказываются затопленными. Это в течение десятков минут. А затем "волна" доходит до центра города.

Итак, последствия возможной катастрофы просчитаны, а что делается-то для гарантированной безопасности от этой трагедии?

главного - ничего: неизвестно, кто взял на себя такую безумную ответственность, но на плотине нет сегодня охраны. Железная халупа с надписью "милиция" - только ее имитация.

Иван валентинович мужиков, и. О. Начальника эксплуатационного участка, показал три будки, сохранившиеся еще с тех времен, когда плотины, считающиеся объектами повышенной опасности, охранялись подобающим образом.

Но самое-самое сегодня - это неотложный ремонт моста. Реконструкция плотины длится шестой год, недавно заменены все затворы - благо, при нормативном сроке в 25 лет они отработали почти тридцать. Ремонтируется дренажная система. Но о финансировании реконструкции моста или, точнее, проезда через плотину никто в городе не заботится.

Ситуацию комментирует начальник федерального государственного учреждения по эксплуатации водохранилищ челябинской области виктор николаевич алферов:

- "шершни" сегодня - самое опасное сооружение из всех в нашем подведомственном каскаде водохранилищ: при прорыве мы топим сразу 200 тысяч человек. Техническое состояние плотины должно быть идеальным, учитывая ее опасную близость к городу. Но заключение специалистов на 25 листах говорит об обратном.

Дорога по плотине - это вообще явление чужеродное для подобных сооружений. Любая плотина не любит проезда. Но в свое время город попросил его открыть, и эксплуатационники пошли навстречу. Однако теперь есть новые мосты и нормальный проезд в шершневском направлении с северо-запада. В идеале надо дорогу по плотине срочно закрыть и реконструировать, там все дышит на ладан. Мы громко об этом говорим, так как ситуация действительно критическая, а трагедии мы не хотим.

Наша "библия" - "инструкция по эксплуатации гидросооружений". В соответствии с предписаниями дорогу на плотине необходимо давно закрыть, но городские власти не соглашаются. И денег на реконструкцию не выделяют. Хорошо, говорим мы, раз уж совсем нельзя закрыть этот проезд, давайте все-таки сначала отремонтируем мост, а затем сядем и решим эту транспортную проблему в любом варианте, хоть в "облегченном", хоть в платном. Пусть в будущем мост сам себе "зарабатывает на лечение".

И поскольку от федеральных властей, считающих, что если городу мост нужен, пусть он сам его и содержит, ждать помощи не приходится, только местные власти могут сейчас срочно вмешаться в ситуацию и спасти положение. Возможно, и предприятия, попадающие в зону затопления.

Мы стоим на мосту, и андрей исакович тэвс, начальник технического отдела учреждения, вспоминает, как в 1961 году, еще студентом, бросил первую лопату бетона в основание плотины.

Потом еще были миллионы кубов. Да, плотины строятся основательно и на века, с большим запасом прочности. И наша такая же.

Единственное, пожалуй, что не учитывается при этом, - разрушительное воздействие самого человека, приближающего предел "усталости бетона". Мимо нас на сверхдопустимой скорости проносятся автомобили, автобусы... Опоры под ногами неприятно резонируют. Мне кажется, они даже скрежещут, как человек зубами от боли или неудовольствия. У въезда на мост кто-то демонстративно смел шлагбаум.

Напрасно...

Людмила калугина.